ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН (часть 1-я)

19 декабря 2008 |  
Размещено в рубрике ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН, роман

Михайловской Наталье Георгиевне

Когда мы снова встретимся, Наталья Георгиевна, чтобы я узнала Вас в Ваши 33 года будьте, пожалуйста, в муаровом шелестящем платье цвета розового жемчуга и с шарфом из искрящейся органзы.

 

Let me not to the marriage of true minds
Admit impediments. Love is not love
Which alters when it alteration finds,
Or bends with the remover to remove:
O no! it is an ever-fixed mark
That looks on tempests and is never shaken;
It is the star to every wandering bark,
Whose worth’s unknown, although his height be taken.
Love’s not Time’s fool, though rosy lips and cheeks
Within his bending sickle’s compass come:
Love alters not with his brief hours and weeks,
But bears it out even to the edge of doom.
If this be error and upon me proved,
I never writ, nor no man ever loved.

Shakespeare’s Sonnet 116

Читать запись полностью

ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН (часть 2-я)

19 декабря 2008 |  
Размещено в рубрике ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН, роман

Из близких родственников у новобрачного графа Жан-Батиста Валь-ди-Торе-Фоссано имелись три тетушки: родная и две двоюродных по разным линиям. Кроме них предсвадебный визит был сделан только одной семье, князю и княгине Б. в Сан-Тропе.

Княгиня Ирина встретила Регину с осторожной заинтересованностью, князь Александр, напротив, с подчеркнутым дружелюбием. Оба говорили по-русски не слишком хорошо и, как показалось Регине, с облегчением перешли на французский после приветствия, в отличие от молодого князя Ивана, сразу бросившегося обсуждать с гостьей «Архипелаг Гулаг» и «деревенскую» прозу.

Читать запись полностью

ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН (часть 3-я)

19 декабря 2008 |  
Размещено в рубрике ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН, роман

Одно время, еще до Синая, Этьен взялся донимать ее: почему да почему, Регина, ты не любишь свою страну? Сначала она отговаривалась чем-нибудь, вроде: моя страна – Франция, но Этьен не отставал. Однажды ответила уже полусерьезно, что вообще не уверена, что страну можно любить.

- …Хороший встречный вопрос есть: «как теперь любить Россию, с Нахичеванью или же без нее?»

- С чем? Что такое «Нахичевань»?

- Местность на Кавказе. Цитата. Это о том, что территорию любить невозможно.

Этьен задумался.

Читать запись полностью

ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН (часть 4-я)

19 декабря 2008 |  
Размещено в рубрике ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН, роман

За обедом Захария только что не прожег Макса глазами. Говорили, как обычно, по-английски, в основном – он с Региной. Марк, видимо, все понимал, но своим привычным немногословием не делал разницы между английской и русской застольной болтовней. Максим же вслушивался изо всех сил, но не успевал, пропускал половину. Целиком схватывались короткие фразы. Например, он понял, как Регина спросила:

- Знаешь, как Марк называет Макса?

- Десант, – тут же вставил Марк, и сам перевел себя, – The air forces. And what’s a problem?

- Неоригинально, – заметил Максим.

Читать запись полностью

ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН (часть 5-я)

19 декабря 2008 |  
Размещено в рубрике ДВЕНАДЦАТЬ ЛУН, роман

Мадам  Семилетов, невестка старика Семилетова, не знала по-русски ни слова, потому ее муж и мадам Лану говорили при ней по-французски. К их очередному визиту в Русский Дом как раз доставлен был на имя старика небольшой сверток. Вскрыв посылку только теперь, при родственниках, мадам Лану обнаружила внутри портрет женщины и небольшую записку от Регины.

В ней Регина просила простить промедление из-за невозможности пока лично посетить Сент-Женевьев и обещала непременно сделать это в ближайшем будущем. Далее она сообщала о своей встрече с Натальей Андреевной, кратко – о тех обстоятельствах ее жизни, что интересовали потомков покойного есаула и о том, что Наталья Андреевна умерла.

Читать запись полностью