Сын танцора Каца. 1967

Тонкий солнечный луч проходит в щелку между ставнями и наискосок пронизывает комнату, от окна до ковровой дорожки. Луч заполнен прыгающими пылинками. Желтые бархатные шторы у входа в комнату задернуты, в доме тихо. В соседней комнате на столе слышно тикают бабушкины часы. Уже начался день. Во дворе взрослые о чем-то говорят, стучат разными предметами, а за окном ходят люди и шуршат машины. Ставни всех окон давно раскрыты на всей улице, во всем городе, наверно. Закрыто одно это, здесь только чт проснулась маленькая Лиза. Сейчас откроется и оно. Сейчас, сейчас… Читать далее

Ведьма

.

- А тебя часто называют ведьмой?
- Часто.
- Про глаза говорят? Что колдовские? Не верь. Они у тебя блядские.
- Спасибо.
- “Спасибо” – много, червонец будет в самый раз.
- Мне кто-то так уже шутил лет пять назад.
- Куда?! Стоять на месте!
“Питерский гость” преградил ей путь.
- Я закричу.
- Ну? Давай, сбегутся эти твои… Пляшут перед тобой на цырлах. Ты, че, течкой их всех обмазала? Хотя, я бы тоже… это… не отказался. Ладно, не бойся. Во, уставилась! Точно, ведьма! – “Питерский” убрал выставленную руку с косяка, а потом, вдруг, рассмеялся, – Постой, я хотел поговорить!
- Не о чем, – Лиза не оборачиваясь пошла по длинному темному коридору. Опять Полина к соседям за стремянкой пойдет – лампочку менять. Что это они у нее перегорают каждую неделю? Подарить ей эту самую стремянку как-нибудь…
Читать далее

Правила поведения в серпентариях (повесть)

Вике хотелось говорить. Пустота раздражала ее, и в этой пустоте Яша раздражал: сидит и молчит. Делать нечего. И слава богу. Делать ничего не хочется. А у Вадима теперь много дел с Наташей.
– Черт знает, чем мы тут занимаемся! Кому это нужно? Ну, что ты молчишь?
– А что?
– Ну, вот – ты. Чего ради ты торчишь в этой дыре?
– Работаю.
– Кому нужна твоя работа?
– Мне. Людям.
– Людям! Не смеши! Ты в город ездил? Видел? Змеи твои им нужны? Или наши ферменты?
– Нужны. Они об этом просто не знают.
– Ай, не надо! Уже и в газетах так не пишут. Все это ни-ко-му не нужно. Вокруг происходит черт знает что. А мы сидим здесь, дураки, ковыряемся в своей дурацкой науке, как будто это имеет смысл. Зачем я сюда приехала? Зачем?! Читать далее

Майские праздники

Когда Иосиф Ортенберг, по прозвищу “И.О.”, наконец разлюбил Лику, то женился на своей жене.
В ЗАГС пошли родители и сын – в белой рубашке, брючках и с букетом розовых цветов. Неулыбчивый мальчик смотрел вокруг еврейскими глазами и праздника не понимал. Мальчик был точной копией отца, бледные гены его мамы без следа потонули в древней породе.
Невеста-мама Аня и в двадцать лет не считалась хорошенькой, в тридцать пять ее оставалось только пожалеть. Голубое платье, свежесшитое к событию из чего-то давно лежавшего (название этой ткани всеми забылось) и ее неудачно взбитая из жидких химических волос прическа наводили служительницу Гименея на мысль об отчаянии как цементе брачных уз. Другой причины на ней жениться посторонним было не угадать. Читать далее

Реки Вавилона (повесть)

Блажен, кто возьмет и разобьет младенцев твоих о камень.
Псалтирь, 136.

- …коли тебя станут спрашивать, так и отвечай,
что поехал, дескать, в Америку…
Свидригайлов спустил курок.
Достоевский Ф.М.  “Преступление и наказание”

Читать далее